Вера

Страница: 1 из 2

Недавно я смотрел прекрасную постановку: «Дядюшкин сон», в главных ролях которых, играют замечательные Фрейндлих и Басилашвили. Поскольку я долго щёлкал клювом, выбирая, в какой театр пойти, то билет мне в итоге достался уже на последнем ряду. В фойе мне никого цапануть так и не удалось, зато когда мы разместились на местах: около меня, оказалась хорошенькая дама, лет пятидесяти пяти. Длинноногая, худощавая брюнетка с тонкими чертами лица, с гордым носом, пушистыми ресницами и дико возбуждающем макияже.

Оценивая незнакомую бабу с первых минут (пытаясь словно предугадать), мне особенно нравится представлять их в моей постели в разных позах, а также то, как они будут давать, стонать и кричать. На стадии выбора это, поверьте, истинное наслаждение. Только допустите такую мысль: вы римлянин, и идёте по рынку, где продают разных женщин, да-да, именно продают. И вы хотите приобрести себе на фазенду, хорошенькую домохозяйку, и не только. Как бы вы оценивали её?

Подходя по очереди от одной к другой — как бы выбирали ту, наиболее подходящую для ваших утех? Открою секрет. Бабы делятся по темпераменту. Тот или иной нрав хорош по-своему и в каждом отдельном случае — безумно возбуждает.

К примеру:

Подойдя к первой бабе — славяночке, которая застенчиво стоит со слегка растрёпанными светлыми волосами и изредка, исподлобья поглядывает на вас испуганными голубыми глазками, словно на господина. Вся белокожая, невинная: такую, вы бы предпочли — просто трахать и дрючть сверху и чтоб она послушно при этом лежала, широко раздвинув ноги.

В данном случае, возбуждает её застенчивость и невинность!

Подойдя ко-второй, которая гордо смотрит в лицо, такая высокая, непокорная, развратная мулатка, в которой течёт экспрессивная испанская кровь. Её — наоборот, хочется поставить раком и драть так, чтоб орала и чем громче, тем лучше.

Здесь, возбуждает её непокорность!

Третью же — темнокожую крепкую сучку, которую с криками поймали арканом, гнавшиеся всю ночь торговцы-бедуины. Сдернули с коня и долго тащили по обжигающему песку, затем отмыли, связали и приволокли из далекой африканской пустыни. Которая выносливо сопротивляется и плюнула вам в лицо, когда вы проходили мимо. Её — пожелали бы сами посадить сверху на хуй и дать ей свободу затрахать вас.

В ней — возбуждает потенциал!

Понимаете к чему я клоню? Темперамент определяет типаж!

Примерно в таких же оценках и размышлениях, пребываю и я, когда в фойе театра, попиваю из трубочки сок и присматриваю ту — которая будет со мной ебаться, и что самое важное — КАК.

К слову сказать, что если бы вы увидели мою мать, то мысли были бы примерно следующие: «Статная сучка! Для начала, с ней нужно пробежать стометровку, чтоб взмокла (да так, чтобы ещё и не обогнала). А потом грубо (обещающе на жёсткий секс), завалить. Жадно засадить и долго мучить на хуе!» А если бы увидели мою тётю, то такие: «Эту дрянь нужно срочно — прямо сейчас! тащить в постель и, таская по кровати, — ебать, ебать, ебать! Потом перекурить, развернуть мерзавку раком и продолжить!» А вот если бы вы увидели ещё одну мою родственницу, которая очень красивая, но стесняется своего отражения в зеркале, то такие: «Молоденькая дурочка! Цену себе ещё не знает. Но чем-то возбуждает, стерва! Можно упросить её полежать раздвинув ноги и уж тогда лечь на неё, да как следует насовать в пизду! И скрытно проделывать это с ней много раз, она все равно никому не скажет!»

Ещё в школе, заглядываясь на хорошеньких учительниц, и оценивая их по внешним данным и поведению, я представлял себе: как сисястая математичка трахается со своим супругом, сидя на нем и прыгая; или училка по-английскому — даёт свою пизду мужу-физруку, а наша застенчивая классная руководительница, занавесив окна и выключив свет — потихонечку (под одеялом) раздвигает ноги своему хахалю и совокупляясь, постанывает от наслаждения, зажимая рот подушкой. Возбуждению — не было предела! У меня даже была своя шкала оценок, по которым я в своем воображении, расставлял баб по категориям. Достаточно приглядется и можно уже сделать вывод о том, какова данная особа в постели и на что способна.

Каждая женщина несёт в себе этот определённый «код» (ассоциацию). Со временем, это начинаешь «читать», да конечно бывает ошибаешься: думаешь, что вот эта телка, молча и стеснительно раздвинет ноги, а когда дело доходит до постели — она вдруг норовит сама залезть на хуй и устроить рандеву. Но это бывает крайне редко. Как правило, сразу видно, как баба будет трахаться и что от неё ожидать.

А однажды, у нас появилась новенькая физичка лет тридцати пяти. До чего хороша была, что я уверен — многие мои одноклассники, тихими ночами дрочили свои пенисы, представляя её в непристойных позах. Ходила она всегда в белом батнике, темном лифчике, юбке средней длины и туфлях с голыми ногами. Обязательно с голыми! Я же, напридумывал про неё такое, что хуй стоял шваброй... И не ошибся. Со временем мы стали замечать у неё на шее зазосы и синяки на руках от чьих-то пальцев! Легко угадывалась поза, в которой её драли, заведя руки за спину. Это меня впечатлило! Я сделал предположение, что сношает её — достаточно крупный мужик, и поделился своими соображениями с друзьями. После уроков мы ждали её выхода из школы, чтобы проверить мои догадки. На второй день, я поразил сверстников своей логикой мышления и дедукцией, когда физичку встретил здоровый, гориллоподобный лохматый детина. А я, к своему удивлению, понял, что знаю о бабах гораздо больше, чем сам мог того от себя ожидать. Ну, а дальше: я совершенствовал свой талант...

Так вот, возвращаясь в театр...

Одета моя незнакомка была в кофту и длинную юбку с большим разрезом на всю длину, который раскрылся, когда она закинула ногу на ногу, оголив её. Мммм, с этого момента — театральное действо, перестало представлять для меня хоть какую-либо ценность. Табун поскакал в груди и все моё внимание было приковано к её ноге. Длинная, облачённая в черные колготки в мельчайшую ячейку. Она, с властным лицом, следила за происходящим на сцене. Но это власть, была ширмой. Мне стало ясно, что это одинокая женщина, — лишь когда начала разыгрываться главная любовная интрига постановки. У моей соседки страстно загорелись глаза, а вспотевшая от волнения ладонь, поползла вдоль юбки.

Окончательное мнение, я сложил наблюдая за ней в антракте, и отнёс её к той категории женщин, которые очень хотят трахаться, но не станут изображать из себя «дикую орхидею», а просто скромненько так, предпочтут пошире раздвинуть ножки и позволят всласть поебать себя. Моя фея, сидела с бокалом шампанского и стреляла взглядами на проходящих мимо мужчин. Её поза, говорила сама за себя: «Ну посмотрите же! Я тут такая красивая и нарядная! Сижу одна! Юбка с длиннющим разрезом, вызывающий макияж, маникюр, педикюр, волосы распущены, а одиночные завитки, спиральками свисают на плечи». Эротично смотрелась её слегка отставленная оголенная нога. Да, она не просто пришла театр посмотреть, она положительно пришла — себя показать. Как это я сразу её не заметил, ещё когда только пришёл?

После окончания спектакля, решительно подойдя к ней у гардероба, я попросил брюнетку составить мне компанию и поужинать в соседнем от театра ресторане, с намеком, что потом довезу её. Иногда так хочется ебаться, что смелость и твердость не навредит. Бабы, кстати, так же оценивают мужиков и подбирают под свой типаж. Скромная, — высматривает того, кто сам все сделает; а активная, — ищет мальчика-скромняшку, чтобы трахать его как истукашку и скакать на нем, испытывая возбуждение от совращения. Моя же, была из разряда «дам ему, если сам все сделает».

Она согласилась поужинать.

Глинтвейн — это вещь! Глаза у неё горели, она всячески ёрзала и очень внимательно меня слушала или делала вид, что ей интересно. Долго я её не задержал и не желая надоесть, повёз домой. Когда она выходила из машины, то я ей сказал:

— Вера, Вы настолько эффектная и изящная, Вы просто ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (110)

Последние рассказы автора

наверх