Клуб, где раскрываются тайны

Страница: 4 из 4

Одним из последних в комнату вошёл муж мой дочери Марины, Антон. Он знал меня и Людмилу, а вот Борьку нет, так как сын не был на свадьбе дочери.

— Привет, — кивнул нам дочкин муж, садясь за стол рядом с Мариной. — Ну, как ты? — он погладил её живот.

— Отлично! Представь — я с папкой трахнулась! — прошептала ему Марина. У Антона округлились глаза: увидев меня здесь, он, хорошо владея собой, не подал виду, что удивлён, но вот новость, сообщённая Маринкой, его поразила. Всё же он со спокойным видом принялся накладывать себе салат.

— Да, и кстати, познакомься — это мой брат Борис, — сказала Марина. Борька с Антоном обменялись рукопожатиями. Я заметил, что Антон, глядя, как Борька жмётся к голой Людмиле, слегка покраснел.

В это время мужчина, который в начале вечера говорил речь, встал и оперся руками о стол, дожидаясь, когда разговоры утихнут и усядутся все. Смешно он выглядел в своей официальной позе: хуй болтался, задевая о белую в цветочках скатерть, небольшое брюшко нависало над тарелкой с рыбой.

— Друзья! — наконец произнёс он. — Давайте выпьем за то, что наш клуб помог восстановить мир и воссоединиться семье нашего нового члена! — он указал на меня, все захлопали, закричали, засмеялись. Мы выпили. А потом Маринка пододвинулась ко мне и сказала:

— Слушай, пап, а давайте все вместе свалим отсюда и продолжим празднование твоего юбилея дома?

— Точно, давайте! Здесь шумно, и курят, Маринке в её положении вредно, — добавил Антон.

— Я не против, — сказал я.

Мы распрощались с присутствующими, никто особо на нас не обратил внимания, только соседи по столу пожелали счастья, и мы потихоньку пошли на выход. Нас догнала женщина, которая встречала, когда мы явились сюда с приятелем. Сейчас она была абсолютно голой, но всё так же любезно улыбалась.

— Ну как, — понравилось у нас? — поинтересовалась она.

— Да, — честно ответил я. — Необычно, конечно, но всё было здорово. Я себя снова молодым почувствовал.

— Приходите ещё, — сказала она.

Мы впятером вышли на крыльцо, вдохнули свежий вечерний воздух.

— Ёлы-палы, как до дому добираться-то будем? Я ж сюда с приятелем на его машине приехал, вон, видите, она стоит возле ворот, — сказал я.

— Ничего, если поторопимся, ещё успеем, общественный транспорт до одиннадцати ходит, — сказал Борька.

Мы двинулись по улице.

— Ой, подождите, — мне нужно!... — вдруг сказала Маринка и отбежала к забору.

Мы остановились. В сумерках слышно было, как трещат кусты у забора. Потом зажурчало. Я представил, как там моя дочка писает, и почувствовал, что у меня слегка встал в штанах.

Маринка вышла из темноты на дорогу, и мы пошли дальше. Мы спешили, поэтому по дороге разговаривали мало.

Когда мы пришли ко мне домой, Марина сразу же направилась к холодильнику.

— Так я и знала! — воскликнула она. — Типичный набор холостяка: яйца, сыр, и ничего больше. Антон, сбегай-ка, здесь рядом круглосуточный магазин есть. Надо стол накрыть как следует, днюха же всё-таки у бати!

Вместе с Антоном увязался и Борька. Жена и дочка стали вытаскивать и расставлять на столе посуду.

— Ну что, будете теперь снова с мамой вместе жить? — спросила Марина.

— Если он согласится, так я не возражаю, — глядя на меня, сказала Людмила.

— Погодите, это такое дело, пока не выпьешь, не разберёшься, — уклончиво ответил я.

— Ладно, посмотрим. Ещё не вечер, — улыбнулась дочь.

Вскоре вернулись Борька с Маринкиным мужем. Видно, Людмила с Маринкой хорошо их деньгами снабдили — парни притащили полные сумки продуктов, и начали всё выкладывать на стол.

— Ну уж икру-то красную можно было бы и не покупать, дорого, — заметил я, беря и вертя в руках баночку.

— Ничего, на день рожденья можно! К тому же она полезна для потенции. Я помню, когда я хотела, чтоб Борька меня поактивнее трахал, я его блинчиками с мясом подкармливала, и красной икрой, — сказала Людмила.

— Тёть Люда!... Вы что такое говорите?! — краснея, произнёс Антон.

— А что? — невозмутимо ответствовала моя Люда.

— Вы?..

— Я!

— С Борисом?!.

— С Борисом.

— Он же ваш сын!

— Ну и что, зятёк ты мой дорогой? Что тут такого?

— Ну и ну... — покачал головой Маринкин муж.

— Да, Антоша, — вот такие они развратники, — вздохнул я.

— Во даёте... Я, конечно, видел в клубе не раз, как мать с сыном, но это там, а чтобы среди моих родсттвенников такое... Если честно, то я и сам хотел бы с моей мамой поебаться... — пробормотал Антон.

— А ты с ней ни разу не пробовал? — спросила Людмила.

— Да что вы! Вы о чём говорите! Вы будто мою маму не знаете! — воскликнул Антон.

Я сразу вспомнил его мамашу — стройная, в отличии от Людмилы, но тоже с большими сиськами, очень строгих правил дама, с сединой на висках и в очках. Она занимала ответственный пост в одном учреждении и, по моему, ненавидела мужчин. Разведясь с отцом Антона ещё в молодости, она так и не вышла замуж вторично.

— Она, конечно, женщина серьёзная, но всё-таки женщина. Значит, ей тоже иногда хочется. Ты вот думаешь, что твоя мать о сексе и не думает, а она, может, каждый вечер себе резиновый хрен в манду суёт, — заметила Люда.

— Не возбуждайте меня такими разговорами, тётя Люда! А то у меня уже встаёт. Щас не выдержу и побегу к матери, чтоб посмотреть, как она суёт в манду... а может, и трахнуть, — усмехнулся Антон.

— Что, — уже готов мне изменить с мамочкой?! — притворно-сердито воскликнула Марина.

— Мы это обсудим. Может, и устроим тебе еблю с мамой, раз ты так хочешь, — сказала Людмила.

— Очень хочу! — загорелся Антон. — Вашему Борису повезло с вами. А я ещё пацаном часто дрочил, представляя, что мамину пизду сверлю, — сказал Антон.

— А я почти не дрочил, незачем было — мне мама дала, когда я ещё в школе учился, — вставил мой сын.

— Ого, как давно! А я и не догадывался. А ну-ка расскажите-ка мне, как у вас всё началось, — попросил я.

— Погодите, давайте за стол сядем, наговориться ещё успеем, — прервала нас Марина.

Мы уселись за стол, стали есть и пить.

— Ну, теперь рассказывайте, — напомнил я сыну с женой.

— Ты про что? А, про нас... — сообразила жена. — Это началось, когда Борису семнадцать лет было.

— О-ё-ёй! — воскликнул я. — Так это, значит, ты мне с ним изменяла ещё за несколько лет до того, как я заподозрил, что у тебя любовник появился! Ну вы и конспираторы...

— Я тогда в баню пошла, начала мыться. А у нас же там, помнишь, окно закрашено белой краской, но не до самого верха, полоска незакрашенная сантиметров пять шириной есть.

— Ага! — кивнул я.

— Ну вот, я, значит, стояла к окну спиной, а потом обернулась, и мне показалось, что в этой полоске незакрашенной что-то мелькнуло. Я подумала — показалось, и дальше моюсь. А потом слышу какой-то глухой шум за окном. Я бросилась к окну, смотрю в эту полоску, и вижу — Борька чё-то корячится, с земли поднимается...

— Это я чурбак подставил, а потом оступился и упал с него, — улыбаясь, сказал Борька. — И ногу подвернул. Если бы не это, ты бы и не заметила меня, я бы успел спрятаться за угол бани, — добавил он.

— Ну вот, — продолжала Людмила, — я и поняла, что сынок подсматривает за мной. Ладно, думаю, не беда. А в другой раз мы все вместе на пруду купались, — ты, может, помнишь? Ты на берегу пиво пил, а я с Борькой и Мариной плескалась в воде. И вот мы незаметно добарахтались до места, где дно резко на склон шло, на глубину. И Борька по илу соскользнул ногой, и сразу под воду. А я испугалась и, чтоб удержать, машинально обхватила его колено под водой своими ногами...

— Ага, так, что моё колено оказалось у тебя между ног, — со смехом сказал Борька.

— Да, и тут то ли нервный стресс подействовал, то ли Борькина коленка мне на клитор через купальник как-то нажала, — но, короче, я чувствую, что у меня состояние предоргазменное...

— А я заметил — у тебя тогда глаза слегка закатились и помутнели, и плечи стали подёргиваться. И улыбка такая глупая, — сказал Борька.

— А потом вечером того же дня я застала Борьку в деревянном туалете, он там мастурбировал, рассматривая игральную карту с тёмной стёртой фотографией голой девки. И не закрылся на крючок, балбес! — Людмила шутливо легонько шлёпнула сына ладонью по голове.

— И хорошо, что не закрылся, — улыбнулся Борька.

— И что дальше было? — блестя глазами, спросил Антон. Он, поняв, что в нашем семействе нечего стесняться, приспустил брюки, вынул член и разминал его, слушая откровения сына и Людмилы.

— Я как увидела Борьку, как он пыхтит, старательно дёргая себя за пыпыску, да как вспомнила своё состояние, когда удерживала его в пруду, так вдруг возбудилась...

— И что?

— Мама быстро оглянулась, потеснив меня, зашла в туалет и закрыла дверь на крючок, — ответил Борька. — И всё так быстро, я даже ничего сообразить не успел.

— А потом я взяла Борькин член и сама стала его дрочить. Он сначала попытался вырваться, но я не пустила. А потом ему понравилось, и он стоял смирно. А я задрала подол платья, сняла до колен свои трусы, и стала и себя натирать, одновременно ему дроча.

— Да, клёво было! — воскликнул Борька. — Только представьте себе — я упёрся ладонями в стенку, а лето же, дерево тёплое, кругом тишина, только слышно, как за стенкой шмель гудит. Туалетом пахнет, мама сопит мне в ухо и дрочит мне так приятно, и сама пизду свою теребит. Только плохо, что тесно, я толком её пизду рассмотреть не мог, как ни выворачивал голову.

— Зато потом ты на мою пизду каждый день смотрел! — засмеялась Людмила.

— Я как увидела Борьку, как он пыхтит, старательно дёргая себя за пыпыску, да как вспомнила своё состояние, когда удерживала его в пруду, так вдруг возбудилась...

— И что?

— Мама быстро оглянулась, потеснив меня, зашла в туалет и закрыла дверь на крючок, — ответил Борька. — И всё так быстро, я даже ничего сообразить не успел.

— А потом я взяла Борькин член и сама стала его дрочить. Он сначала попытался вырваться, но я не пустила. А потом ему понравилось, и он стоял смирно. А я задрала подол платья, сняла до колен свои трусы, и стала и себя натирать, одновременно ему дроча.

— Да, клёво было! — воскликнул Борька. — Только представьте себе — я упёрся ладонями в стенку, а лето же, дерево тёплое, кругом тишина, только слышно, как за стенкой шмель гудит. Туалетом пахнет, мама сопит мне в ухо и дрочит мне так приятно, и сама пизду свою теребит. Только плохо, что тесно, я толком её пизду рассмотреть не мог, как ни выворачивал голову.

— Зато потом ты на мою пизду каждый день смотрел! — засмеялась Людмила.

От этих разговоров я стал возбуждаться, и мы опять постепенно начали групповое совокупление. После посещения клуба наша жизнь потекла совсем по-другому. Мы опять стали жить с Людмилой. Теперь мы регулярно занимались сексом все вместе, и мне это очень нравилось.

  1. Ответное SMS сообщение с кодом может прийти через 2-3 минуты,
    Пожалуйста, не закрывайте окно браузера

Оценки доступны только для
зарегистрированных пользователей Sexytales

Зарегистрироваться в 1 клик

или войти

2 комментария
  • Anonymous
    менаронгилюштырк (гость)
    28 апреля 2016 13:32

    Какая на хрен «бабушка с внуками, трогающими ее отвисшие груди»? Ты что пишешь? Совсем кризисы и апокалипсисы в голове весь рассудок перекрыли?

    Ответить

    • Рейтинг: -2
  • fag11
    16 июля 2016 12:18

    хорошо. только конец скомкан, и про маму Люду не раскрыто... а этих штыргошмонгов посылай лесом-там нибабушек, ни внуков...

    Ответить

    • Рейтинг: 1

Добавить комментарий или обсудить на секс форуме

Последние сообщения на форуме

наверх