Кровная вражда. Часть 3

  1. Кровная вражда. Часть 1
  2. Кровная вражда. Часть 2
  3. Кровная вражда. Часть 3

Страница: 6 из 9

подействовало. Не то, чтобы не поверила. Просто, наверное, это событие воплотило для нее все те переживания и опасения, что испытала за последнюю неделю. Хотя на самом деле, это всего лишь совпадение.

Ладно, попробуем по-другому. Беру ее за руку, и решительно вывожу из зала подальше от всех. Проходим в какой то закуток ресторана. Останавливаю и как можно нежнее кладу ладонь на щеку, целую. Приникает ко мне, тепло и как то очень доверчиво. Тихонько шепчу:

— Знаешь, по традиции, поймавший подвязку невесты, одевает ее на ногу своей избраннице. — С этими словами опускаюсь перед ней на колени, мягко приподнимаю ее ножку и надеваю белое трикотажное колечко, нежно веду его вверх под платье, минуя колено, и останавливаюсь на бедре, совсем немного не дойдя до самого заветного.

Поднимаюсь и опять ее целую:

— Дома я оставлю на тебе только эту подвязку.

Анюта, наконец, улыбнулась, закусив губку:

— Обещаешь?

Какой взгляд! Вот бы уже оказаться дома. Хм... А пошли они все!)))

Беру Анькину ладонь в свою, наши пальцы переплетаются, тяну ее за собой.

— Ты куда? — Послушно идет следом.

— Давай сбежим!

— А как же?...

— В жопу их всех!

Торопливо идем на улицу, подвожу ее к моей Тойоте, открываю дверцу и аккуратно помогаю сесть. Стремительно сажусь за руль и как можно скорее трогаюсь с места. Все, победа!

***

Свет в квартире включать не стали. Как вошли, я присел и в темноте и помог Анюте разуться. Черные туфли на огромных шпильках были отставлены куда то в сторону. Невольно прошелся кончиками пальцев по тонким лодыжкам, шелковистым икрам. Поднимаясь, коснулся носом позвоночника между лопаток, вдыхая тонкий аромат ее парфюма.

Нежная и чувствительная кожа только лишь от случайного прикосновения кончиком носа покрылась ощутимыми мурашками. Отодвигаю густые волосы, черные как сама темнота, оголяю шейку и прикасаюсь губами. Чувствую, как выступают позвонки. Целую горячее плечико. Чуть отстраняюсь, а потом, как будто передумав, возвращаюсь и прикусываю нежную кожу. Ее дыхание сбивается.

И тут раздается сигнал телефона. Мамка. Вот ведь!..

— Да. — Принимаю звонок. Анька разочарованно хмыкает, потом берет меня за руку и ведет в свою комнату (мы спим там последнюю неделю, ведь у моей кровати нет одной ножки).

— Антоша, куда ты подевал сестру!? Коленька ее обыскался. — Черт подери! Я сыт этим «Коленькой» по горло!

— Знаешь мам, — изо всех сил стараюсь держать себя в руках, — Анюте стало плохо, и я отвез ее домой.

А Анюта в это время расстегивает на мне рубашку и целует шею.

— Что? Почему ты нас об этом не спросил? Мы бы попросили Коленьку, он бы отвез.

— Так уж вышло, что я пока еще ее брат, и сам могу о ней позаботиться. Без помощи вашего породистого хмыря!

— Антоша, следи за языком!... Ты же понимаешь, что этим своим поступком ты мог погубить Анечке всю личную жизнь? Хорошо, что я уговорила Коленьку не сердиться, что его бросили.

— Мне иногда кажется, мама, что вы не столько беспокоитесь за мою сестру, сколько за стабильность отцовского бизнеса! — Видя, как меня трясет от злости, Анька обняла за шею и прижалась ко мне.

— Все это — для нашего общего блага.

Мать вашу, она даже не отрицает!

— В общем, чтобы больше такого не было. — И мамка отключилась.

Бросаю телефон на кровать и прижимаю Аньку к себе. Глажу ладонями ее нежную спинку.

— Знаешь, этот чертов «Коленька» меня заебал. — Стараюсь говорить спокойно, но в голосе все равно прорывается ярость. Шепчу на ушко, касаясь губами. — Не могу я видеть тебя рядом с этим уебищем, да и вообще с любым парнем. А когда наши предки еще и так спокойно об этом говорят...

Я шумно втянул носом воздух.

— Ну... — Шепчет Анюта в ответ. — Может быть тогда, забьем на то, чтобы он сам передумал? Может мне просто ему в лицо все высказать? Типа, что все кончено, и пусть ищет другую? Он ведь все равно потребует еще свидание, мамка же навешала ему лапшу на уши?

О, Боги, еще одно свидание!?

— И тогда у родителей не возникнет вопросов. Ну бросила и бросила. — Продолжила она.

Тяжело вздыхаю:

— Ладно. — Покрываю поцелуями ее плечики и, не спеша, стягиваю с них бретельки платья. — Я буду сходить с ума от ревности, но ты права. Наверное, это единственный вариант.

Струящаяся невесомая ткань платья, бесшумно упала к ногам, и Анька осталась стоять передо мной в одних узеньких черных трусиках и той самой белой трикотажной подвязке, которую я сам на нее и надел. Жаль, что не могу полюбоваться на всю эту красоту — в темноте плохо видно.

Целую ее, подхватываю на руки и кладу на кровать. Рубашки на мне уже нет, скидываю брюки. Приникаю губами к впалому животику, двигаюсь медленно, чуть прихватываю губами тонкую кожу, слышу сверху рваные вздохи, а руками уже тяну тонкую лямку трусиков на себя.

— Не забудь оставить подвязку, ты ведь обещал. — По голосу слышу, что улыбается.

Совсем стягиваю трусики с точеных ножек. Теперь на нас обоих остался всего один предмет одежды, и это Ольгина подвязка)) Анькин запах сводит с ума, это смесь тонкого цветочного парфюма, пряный запах кожи и дразнящая нотка ее желания. Опускаюсь к лепесткам ее губок и втягиваю их в себя. Слышу сверху такое долгожданное:

— Мммммм...

Поначалу, мои губы чуть шершавые, но стремительно покрываются ее влагой. С упоением ласкаю. Прохожусь кончиком языка вокруг. Анькино дыхание сбивается, становится громким, прохожусь уже всей площадью языка, дотягиваюсь до бугорка клитора и начинаю терроризировать его самым кончиком.

— Антошенька, — ее животик поднимается и опускается. Дотягиваюсь до нежной груди и прихватываю сосок. Слышу новый выдох.

Ощущение, что соскучился по ней, что не дотрагивался до нее ВОТ ТАК уже очень давно, как будто вернулся из дальнего плавания.

— Моя! — Голос звучит низко, чуть хрипло. — Я с ума схожу, когда ты не со мной, слышишь?

— Да-а-а! — Улыбается, и я вижу, как в темноте блестят ее глаза. Счастливые глаза.

Губы смыкаются, и родной юркий язычок начинает бороться с моим. Ее дыхание на лице. Раздутым от возбуждения каменным стволом медленно двигаюсь по влажным губкам. Анька судорожно выдыхает, подается на встречу. Сама пытается насадиться. Но я специально не поддаюсь, растягивая удовольствие. Ее шепот:

— Хочу... В попку...

Хм? Но ведь, она еще ни разу...

— Уверена?... — Кивнула. Похоже не очень, но...

— Там в ящике стола. Смазка...

Одним прыжком добираюсь до стола, вынимаю из верхнего ящика тюбик и возвращаюсь обратно.

Приникаю к ее груди. Пока вылизываю левый сосок, покручиваю правый. Другой рукой, двумя пальцами плавно вхожу в киску. Не спеша двигаю ими, под нежные стоны сверху.

Торопиться нельзя, хотя очень хочется. Анальный секс в первый раз — дело очень ответственное.

Прохожусь языком от вершинки соска вниз по ее прессу, через пупок, дальше к кнопке клитора. Вынимаю пальцы из Аньки и выдавливаю на них из тюбика порцию смазки. И пока кручу языком по чувствительному холмику, начинаю нежно ввинчиваться одним густо смазанным пальцем в тугую попку. Вот погрузилась первая фаланга, и мне в волосы вцепились острые коготки. Постепенно их хватка ослабла, и я продвинулся глубже, погрузив весь палец.

Спешить нельзя. Медленно двигаюсь пальцем внутри. Аккуратно добавляю второй под громкое судорожное дыхание.

— Все хорошо?

— Да... Продолжай.

Вынимаю пальцы, и смазываю уже три. Приникаю к ее влажным горячим губкам внизу.

— Мммм. — Ее низкий гортанный рык. Значит, все и вправду хорошо)

Проникаю языком в ее киску, стараюсь поглубже. Под рваные выдохи Анькины точеные ножки обхватывают мою голову. Пользуюсь положением и начинаю ввинчивать уже три пальца. Мягко, медленно. Плоский животик ходит ходуном, нежная грудь вздымается в каком то своем ритме. И вот уже три моих пальца погрузились ...  Читать дальше →

Показать комментарии (20)

Последние рассказы автора

наверх