Массаж. Эпилог

  1. Массаж. День третий
  2. Массаж. День третий: Завершение
  3. Массаж. День четвертый
  4. Массаж. День пятый
  5. Массаж. Эпилог

Страница: 2 из 5

раз гладила животик, она передвинула её на грудь — мол, и тут тоже можно и нужно.

— Ага.

— Что было бы, что было бы... Как ты думаешь, чем я занимаюсь?

— Ну-у...

— Не стесняйся, говори как есть.

— Ты делаешь «массажики» вроде как для меня, только для мужчин с высоким достатком, и в характерном антураже.

— То есть я — дорогая шлюха, которая трахает в зады пожилых толстосумов, да еще не просто так, а в бдсм-сессиях?

— Э-э, не так грубо...

— Но это именно так, котик. Чего стесняться правды. — за вдруг ставшим неудобным для меня разговором я даже перестал гладить Таню, на что она мгновенно отреагировала, снова положив мою ладонь себе на грудь, и даже немного сжав сосочки.

— Муррр, да, вот так, котик. Не останавливайся. Так вот. Правды стесняться нечего, это одна из статей моего заработка. Клиника — только место первичной, так сказать, обработки, знакомства и, разумеется, проверки здоровья. Сам понимаешь, молодёжь вроде тебя за массажем простаты приходит редко.

— А какое... ?

— Какое это имеет отношение к тебе и твоему тогдашнему поцелую? Сейчас поймешь. Вот только еще спинку, угу, ах, вот так, да... — в голосе и интонациях Тани появились такое характерные мурчащие нотки довольной кошки, а я в область поглаживаний добавил плечи и спинку.

— Массажи и бдсм-сессии — это только одна из статей. Еще две, гораздо более выгодные, кстати — это обучение женушек этих самых моих клиентов образу «госпожи», ну, и самое дорогое — это подготовка молоденьких мальчиков для таких вот вошедших во вкус дамочек. Подготовка не только физиологическая, чтобы попки могли принять и страпончики, и кулачки, а то и что побольше, но и психологическая — чтобы были нежными, послушными и покорными.

— Ээ-э, и я...

— Аха, и ты. Стал бы на какое-то время наглядным пособием, а потом ушел в постоянное пользование одной из моих девочек.

— Но...

— У меня, котик, никаких «но» не бывает. Поверь, хороший мой, совсем скоро «Джорджи» бы тебе казался разминочкой, так, апперетивчиком перед основными блюдами. — за разговором Таня легла на спину, давая больше простора для ласк. Поднятая тема словно зарядила её энергией, моя ладонь так же была допущена к внутренней поверхности бёдер, да и легкие касания половых губок вызывали тихие одобрительные стоны.

— А почему...

— Почему передумала? — ей, похоже, нравилось угадывать мои вопросы не меньше чем то, что сейчас делали мои пальцы. В частности — именно сейчас они занимались левым соском. — Ты себе средний облик моих клиентов представляешь?

— Ну-у...

— Вот-вот, отнюдь не апполоны. А если и попадает молодежь на мясо — то они обычно женственные, пухленькие, вялые. И тут я захожу за шторку и вижу на кушетке молодого, загорелого, мускулистого парня с широченной спиной и твёрдой, как камень, задницей! Да я до сих пор дурею от того, что промять её пальцами не могу. Ты вообще понимаешь, что со мной делаешь?

Чтобы ответить, мне пришлось выпустить сосок изо рта и перестать ласкать пальцами найденную во влажных складочках горошинку клитора.

— Сейчас?

С тихим рыком был тут же схвачен за шевелюру и буквально надет губами на возбужденно-торчащую виноградинку соска.

— Сейчас ты как раз всё правильно делаешь, муррр, ни в коем случае не останавливайся. — Таня немного подвигала ножками, помогая моей ладошке погрузиться в неё поглубже. — А вообще — ты мне очень понравился. Я весь следующий день гадала, придёшь ли ты с пробкой или нет.

Что либо сказать я не мог — Танины пальцы по-прежнему крепко держали мою голову. Поэтому получилось лишь вопросительно промычать.

— Аха, находились пару раз такие, кто приходили и без неё. Ну, и не такая чушь у мужиков в головах бывает.

— Ухумпф?

— О нет, это, конечно, не единственная причина. Всё ж найти себе тело посимпатичнее я могу в любой момент, это не так дорого. Но потом ты пришел в гости, и вместо того, чтобы тут же тащить меня в койку, два часа рассказывал про свой кайтинг. Уму непостижимо! Два часа!!! У меня, понимаешь ли, уже чуть ли не по ногам течет, а он мне за звёзды! — Танечка мечтательно прикрыла глаза. — Как у тебя тогда глаза горели, м-м-м, ты даже не представляешь! Как давно я не видела таких взглядов.

Пользуясь немного ослабшей хваткой, я перебрался к другому соску

— Ты моя умничка, мурр... Еще так прикуси, не бойся, сильнее, а-а-ах. Да, вот так, хороший мой. Ну вот, сбил меня с мысли. А, точно. Взгляд твой мне очень понравился, и то, что не член за тебя думает. Ну и главное — ты, мерзавец, чулки почему не надел?

— Да смешно я в них смотрюсь же!

— Сегодня отлично смотрелся!

— Сегодня шарфик был, а еще пластырь, и ты была в образе. А тогда мне казалось, что дико смешно получится.

Таня взглянула на меня с упрёком — из-за ответа я перестал целовать её грудь. Но тут же упрёк сменился хитреньким прищуром — и ослабшая вроде хватка снова обрела стальную прочность, только вместо сосков я был направлен ниже, гораздо ниже. Всего то и успел язычком вокруг пупка пробежаться до того, как был направлен на «поиски жемчужинки».

— Ох, сладкоежка мой, вот так вот, пошире язычком, ааах, да, и пальчиками тоже.

Слегка прижав меня бёдрами и задав очень неторопливый ритм, Танечка продолжила:

— Смешно не смешно, но именно этим ты себя из категории «мясо» и вывел. Ну и Виктор еще.

Понятно, что ничего сказать я сейчас тем более не мог. Тут как бы дышать успевать, куда там говорить.

— Хе?

— При чем тут Виктор? Ну ты думаешь, я бы не нашла кого к нему на сессию сводить? Нашла. И даже водила, дважды. Оба раза — даром. Тусклые получаются из мяса модели, не цепляют.

Попытка задать вопрос получилась совсем уж каким-то хлюпающим полувыдохом-полувсхлипом. Но Танечка, чудо, а не женщина, всё, конечно же, поняла.

— А из тебя модель получилась, да-а-а. Не знаю, с какого именно кадра он будет рисовать картину, но мы были хороши. И я, и ты. Мррр... и сейчас ты хорош... Ох, милый, ох, глубже же... и чуть повыше, так... ты мой... а-а-ах...

Теперь говорить было тяжело не только мне, но и ей. Её ладонь давно покинула остатки моей прически, и сейчас женщина вовсю ласкала себе грудь. Дрожащие бёдра то с силой сжимали мою голову, то наоборот, широко расходились в стороны, подставляя под мой язычок особенно чувствительные лепестки половых губок. С каждым следующим вдохом-стоном Танечка всё быстрее двигалась навстречу мне, и вот мне уже не нужно ничего делать — сладострастная красавица сама насаживалась на напряженный изо всех сил язык и глубоко вошедшие в горячее влажное лоно пальцы.

Вот её спинка выгнулась дугой, в мостик, а движения стали совсем короткими, резкими и отрывистыми, такими же, как и выдохи. Помогая Тане удержаться, свободной рукой подхватил её под попку, и, разумеется, попал пальцами на поясницу.

Громкое «ай!», прикушенная губка, до боли сжатые пальцами соски, крошечные, кисловатые капли секрета, мгновение неподвижности, в которые мой язык максимально быстро порхает по судорожно дрожащим губкам и клитору...

— Ай, ай! Ай! Ах! Еще! Да! Ай! — волна за волной, синхронно с движениями языка, оргазм вколачивал Таню в рай.

Чтобы вы там не думали — а нет ничего прекрасней доведённой вами до оргазма женщины, «поющей» от кайфа.

Отдышалась моя прелестница только минуты через три, за которые я успел поцелуями спуститься от обжигающе-горячего лона к изящным точеным ступням и там заняться пальчиками. Касаться сейчас клитора и губок — нельзя. После оргазма они сверхчувствительны и прикосновения, даже самые нежные и аккуратные, скорее болезненны, чем приятны. Так что — правой ножке я уже уделял сегодня внимание, пришло время восстановить равновесие. А то мало ли что там Виктор делал — игра явно была нечестной.

Наконец последние волны оргазма перестали прокатываться по телу тяжело дышащей женщины.

— Ох, умничка. Ох, и заработала ...  Читать дальше →

Показать комментарии (5)

Последние рассказы автора

наверх