Сон, бред или паатрясающий сюжет

Страница: 1 из 3

Все имена вымышленные, совпадения-случайные, без страховки не повторять.

Прихожу с работы домой. Жена Оксана сидит на кухне с соседкой Зиной распивают пол-литру. Разделся, умылся, зашел на кухню поздоровался. Оксана строго взглянула, начало не предвещало ничего хорошего.

Оксана невысокая но крепкая бабенция 50лет с мощными плечами, торсом, хорошей попой и мощными крепкими кривыми ногами. Унее крутой нрав, а когда выпьет вообще, хоть прячься. На работе и дома пользуется непререкаемым авторитетом и везде командует.

— Марш в угол на гречку!

Спорить только себе хуже. Иду в угол, рассыпаю гречку, становлюсь на голые коленки.

Мне 55, полный 105кг, среднего роста, но хозяйство подвело, что называется микро, да еще и скорострел.

Боль в коленях через пару минут притупляется и есть время вспомнить, как я пришел к такой жизни.

13 лет-я живу с родителями в провинциальном промышленном городке в большой комунальной квартире.

Уплотненная бабка лет 60, сухонькая, набожная, вся комната в иконах, вечно рисует кресты на дверях. Я их из вредности стираю.

Родители ругают-поменяется, тогда узнаешь.

14 лет-бабка действительно ушла, а на ее место пришла Лена, женщина 19 лет не красавица, но крупная, выше меня и с роскошным телом. Иногда к ней приходила ее мама Светлана Петровна, тоже высокая, но худощавая с очень недобрым взглядом, видно бабка, с которой они поменялись нарассказывала про меня. Лена работала рабочей на комбинате, муж ее служил в армии.

Как-то родителей не было дома и мы были с Леной одни в квартире. Она пригласила меня к себе в коинату и когда я зашел предложила вина. Мы выпили по стакану крепленного. Потом Лена встала и расстегнула халат, а под ним на ней ничего не было. На уровне моих глаз был лобок, поросший рыжими волосами, а сверху смотрели темные соски больших грудей.

— Что припух, раздевайся и в койку.

я, нецелованный еще, был просто в трансе. Снял майку, спортивные штаны с трусами, мой писюн уже стоял. —

— Ложись на спину.

Я послушно лег. Лена ловко села на член и я тут же кончил и член выскользнул и ее письки. За что сразу прилетели две жгучие пощечины и ничего не говоря, Лена переместилась с члена мне на лицо. Мои нос и рот утонули в моих же выделениях, вытекающих из ее пиз"ы.

— Лижы, гаденыш, донеслось сверху, а то придушу.

Моя голова была зажата между леныных полных ляжек, а грудь припечатана огромной жопой. И я стал лизать. Лена подставляла под язык то пиз"у, то жопу и скакала на моем лице. Не знаю сколько это длилось пока Лена не наигралась и слезла с меня.

— Придешь, когда позову, а сейчас пошел вон.

Я был в шоке, впечатлений больше, чем за все предыдущие годы.

Вскорости мои родители уехали работать за границу, попросив приглядывать за мной Лену и Светлану Петровну, а мне приказав во всем их слушаться. Было это среди недели и Светлана Петровна сказала, что в субботу поговорит со мной. Я тогда не придал этому значения, а впрочем, что бы это изменило. Занимался я неплохо, хотя случались и тройки, и даже колы.

В субботу был выходной и я валялся в постели, Светлана Петровна заглянула ко мне и позвала на кухню. Я не отреагировал и закрыл глаза. Очнулся я от резкой боли в ухе, которое Светлана Петровна крепко зажала в пальцах, крутанула и потащила за него на кухню. Кухня была очень просторная, там уже сидела на табурете Лена и курила.

— Когда я зову надо лететь а не лежать спокойно сказала Светлана Петровна и отпустила ухо. Я выпрямился, Я был в трусах и майке, а женщины в халатах. Светлана Петровна обошла меня и я невольно повернулся к ней лицом, оставив Лену за спиной. Светлана Петровна приблизилась ко мне и схватила своими железными пальцами мои соски через майку. Я до сих пор не знал, что они такие чувствительные и могут быть источником боли. Светлана Петровна опустилась на стул, потянув меня за соски и я очутился перед ней на коленях. Сзади Лена накинула ремень на мои лодыжки и затянула его. Не повышая голос и пронизывая меня ледяным взглядом серых глаз Светлана Петровна начала с обид на меня набожной старушки. В это время в дверь постучали, Лена пошла и вернулась с этой женщиной.

Светлана Петровна: я специально ее пригласила, чтобы она все сама увидела.

— Ну что с ним делать спросила Светлана Петровна у бабки.

— Да выдрать его паршивца сказала бабка.

— Я тоже так думаю согласилась Светлана Петровна.

Она отпустила мои соски, встала и, наклонив мою голову, зажала ее между колен. Я со связанными ногами и зажатой головой был обездвижен и ждал своей участи. Сердце ужасно колотилось, ведь меня до сих пор не пороли. Лена тем временем спустила с меня трусы и принесла черную, тяжелую, резиновую выбивалку для ковров. Задницу мне обожгла дикая боль, но удары посыпались все чаще и я завыл. Тогда бабулька засунула мне в рот какую-то тряпку. Она сидела напротив моей головы и блаженно улыбалась, видя мое перекошенное от боли и слез лицо. Она упивалась моим страданием. Светлана Петровна сделала паузу и выпустила мою голову.

— На колени! Я выпрямился.

— Теперь суббота будет твой день. накосячишь — знаешь, что будет. А теперь запоминай:

— Свет за собой тушить-пощечина закрепила слова,

— убирать в квартире, и опять хрясь

— учиться только на 5-пощечины с обеих рук

— переходить дорогу только на зеленый, а, впрочем, ты не маленький-сам знаешь, как себя вести. А теперь продолжим-сам принял позу. Я опустился на четвереньки и покорно склонил голову. Краем глаза увидел, как Светлана Петровна наматывает на руку толстую черную скакалку, сложенную вдвое. Колени сдавили шею, свист и сразу боль. Только боль от скакалки совершенно другая, их нельзя сравнивать, каждая невыносима по-своему.

Скакалка захлестывала бока ляжки, иногда попадала по мошонке.

Когда Светлана Петровна устала, она предложила продолжить Лене, но та отказалась, а бабка с удовольствием схватила скакалку и я уже извивался между ее костлявых ног. После порки я целовал всем руки и был отправлен со спущенными трусами в угол на коленки на 2 часа.

С кухни слышу приказ жены: встань переверни крупу. Я послушно выполняю и вновь становлюсь на колени.

С тех пор суббота стала для меня днем кошмара и испытания на прочность. Надо ли говорить, что повод для порки находился всегда, и не помогало то что я ублажал Светлану Петровну и Лену языком. Лена сама пороть не любила, но следила за мной и к субботе подавала Светлане Петровне список моих нарушений и присутствовала при наказании. Иногда заходила набожная бабулька с подарком-пучком прутьев. Меня ложили животом на табурет, а ногами и руками я упирался в пол и в таком положении секли розгами с двух сторон бабулька и Светлана Петровна. Еще бабулька заставляла учить наизусть молитвы и я должен был их отвечать без запинки. Через год пришел из армии муж лены Влад и к скакалке с розгами добавился солдатский ремень со звездой на пряжке. Теперь моя жопа постоянно была звездно-полосатой. Может и благодаря этому школу я закончил с медалью и поступил в институт, соседи получили отдельную квартиру и я вздохнул с облегчением.

Но свято место пусто не бывает.

В моей группе в интитуте оказался парень с Кавказа, мой одногодка, и на первой же картошке нас поселили в одну комнату и кровать в ней тоже оказалась одна. Как-то ночью я проснулся от того, что Гиви, так звали кавказца, тискает мой сосок, причем довольно грубо. Я физически был не слабее его, но он занимался борьбой и после непродолжительного сопротивления я оказался на животе с заломленной назад рукой, а Гиви свободной рукой спустил с меня трусы и увидел мою жопу, естественно следы порки на ней ни с чем не спутаешь.

— Малчык непослушный-будэм васпытыват. Гиви завернул мне вторую руку и связал их за спиной. Я лежал на животе со связанными руками, спущенными трусами, а Гиви что-то искал, даже вышел из комнаты, а когда он вернулся в руках у него был кусок ...

 Читать дальше →
Показать комментарии (1)
наверх