Дочки-матери. 18—23

  1. Дочки-матери. Главы 15—17
  2. Дочки-матери. 18—23
  3. Дочки-матери. 24-27
  4. Дочки-матери. 28—31
  5. Дочки-матери. 32—34

Страница: 1 из 4

18
Михаил не спеша вырулил на шоссе. В будний день на дороге машин практически не наблюдалось. Редкий колхозный грузовик двигался навстречу, громыхая пустым кузовом, поднимая за собой облако пыли.
Вероника сидела справа, предоставив Кате возможность хозяйничать на заднем сиденьи.
— Катя не верит, что я сегодня вот такого сома поймала и отпустила, — заметила Вероника с обидой в голосе. Её руки отрезали длину члена в заряженном состоянии, она хорошо выучила урок.
Михаил усмехнулся, заглядывая в зеркало заднего вида. Катя забилась в угол, делая вид, что ничего не слышит.
Вероника тем временем выпятила нижнюю губу.
— А мы когда в следующий раз на рыбалку пойдём? — спросила она.
Миша расплылся в улыбке. Ему и самому не терпелось позабавиться ещё разок.
— Да хоть завтра, — проворковал он.
— А можно сегодня вечером? — егоза захлопала ресницами, поглядывая на него с хитрецой.
— Можно, если осторожно, — он улыбался так же хитро.
Она запустила шаловливую руку гулять, и та мигом нашла его правое, ближнее к ручнику бедро. Он был, как всегда, в шортах. Прикосновение влажной детской ладошки заставило его ноги раскрыться шире.
— Мне понравилось, — томно прошептала Вероника.
Она выкрутила шею и нашла глазами Катю, которая сидела в самом углу, делая вид, что рассматривает мелькавший за окном пейзаж.
— Кать, пойдёшь с нами? — игриво спросила Вероника.
Катя оторвалась на секунду.
— Я подумаю, — сказала она. Её смущённый взгляд то и дело возвращался к шаловливой тонкой руке, которая будто ныряла в пах дяди Миши.
«Что она там делает? — недоумевала Катя. — Неужели гладит его?»
Вероника ловила эти глазки и будто нарочно дразнила Солнцеву, работая активнее, меняя руку на более удобную для неё правую.
— Чего там думать, пошли. Посмотришь хоть, как червяк на крючке кайфует, — она прыснула хрюком в нос.
Михаил вторил кхеками. Он был увлечён дорожным движением, не отдавая себе отчёта в нарастающем давлении в шортах. Заигрывание Вероники с Катей казалось ему забавным.
«Вот кого надо к члену приучить», — думал он.
— Или у тебя другие планы? — Вероника окончательно вывернулась, оттягивая ремень безопасности.
Катя нервно жевала губы.
— Я бы не хотела вам мешать, — сказала она хмуро.
— Катя думает, что мы любовники и она нам помешает, — Вероника уставилась на Михаила. Её рука нежно скользнула вверх к паху, нащупала вялую колбасу под натянутой тканью, нашла утолщение головки.
— Червя что ли на крючок насаживать? — Миша ухмыльнулся.
Они засмеялись вдвоём, любовнички, каждый себе на уме, вместе прекрасно понимая, о чём на самом деле идёт речь.
Вероника вновь вывернула шею к заднему сиденью.
— Кать, ты умеешь тайны хранить? — спросила она невинным томным голоском.
Катя чувствовала, что краснеет. Слегка обиженным полушёпотом она выдавила из себя:
— Умею.
— И Настиной маме не скажешь?
— Буду молчать, как рыба.
Они засмеялись. В этот раз все трое. Катя вздохнула с облегчением. Её официально просили держать язык за зубами. Что может быть проще?
Дядя Миша встретился с ней глазами в зеркальце заднего вида.
— Спасибо, Катя, — сказал он многозначительно.
Она кивнула, окончательно приходя в себя. Вновь уставилась на поля да леса, мелькавшие за окном. В этот раз улыбалась, как дурочка, представляя, как дядя Миша будет открыто ухаживать за Вероникой. Что из этого получится? Ну и пара!
Вскоре она заметила, как волосатая рука дяди Миши легла на оголённую коленку Вероники, прошлась вверх по бедру и вернулась на ручник. Непоседа при этом изворачивалась в сиденьи, как червяк. Её плющило то ли от возбуждения, то ли от внутренней беспокойной природы, которой она была богато наделена.

19
После супермаркета Миша зарулил к магазину женского белья. Ему хотелось порадовать девчонок. К тому же, интимные подарки казались ему абсолютным шиком в виду сложившихся необычных обстоятельств.
— Девочки, выбирайте, — сказал он, остановившись у кассы, за которой сонной мухой дежурила старая дева. — Всё, что сможете унести на себе, — всё ваше.
Катя с Вероникой захихикали, ныряя вглубь магазина. Они семенили вдоль стеллажей и вешалок в поисках самых откровенных, необычных нарядов.
— А мне тоже можно выбирать? — спросила Катя, возбуждённо переводя дыхание.
— Конечно, он ведь теперь добренький, — Вероника выгнула бровку.
— Мне как-то неудобно. Он ведь с тобой встречается, а не со мной.
— Ну и что? — Вероника покосилась на подругу. — Сейчас мы тебе чулочки подберём. Ему, знаешь, как приятно будет увидеть тебя в них.
Катя представила, как дядя Миша возбуждается, глядя на неё, и обомлела. Она не так представляла себе нейтралитет в отношениях с Настиным папой.
Вероника нашла чёрные чулки со стрелками, ажурными резинками. Раскрыла упаковку, растянула на руке нежную, как вуаль, ткань.
— Ой, мне папа не разрешит такое носить, — пролепетала Катя.
— А ты надевай их, когда папы нет рядом, — Вероника ухмылялась, прикладывая резинку к Катиной ножке.
— И как мне их тогда носить?
— Под джинсами. А в институте переодевайся. Ты ведь хочешь выглядеть соблазнительно?
— Хочу, конечно. А если папа найдёт? — она бросила озадаченный взгляд на Веронику. Та не шутила.
— Он что, в твоих вещах копается?
— Нет.
— Тогда бери и не думай. Пойдёшь на дискотеку, спасибо скажешь.
Пройдя ещё немного по рядам, девушки нашли короткое обтягивающее платье, чёрное.
— Вот, примерь вместе с чулками, — Вероника деловито хмурилась, как полководец, дорвавшийся до расстановки войск на поле.
— Коротковато, мне кажется, — с сомнением произнесла Солнцева.
— В самый раз. Пусть дядя Миша оценит.
Катя покосилась на Корчагина, дежурившего у кассы. Что ж, может, ей действительно пора расслабиться?
Она зашла в примерочную, быстро стянула с себя шортики с маечкой. Долго думала снимать бюстик или нет. Наконец пришла к выводу, что носить такие чулки с белым бюстиком и трусиками смешно. Разомкнула сцепку, освободив подружек, которые задрожали перед зеркалом.
«Что я делаю?» — улыбалась она, краснея перед зеркалом.
Натянула чулки, платье, которое как влитое село на фигурке. Сиськи, обтянутые тонким стрейчем платья, слегка покачивались, создавая атмосферу свободы и вседозволенности в верхней части тела. Соски сразу налились твёрдостью. Взглянув на себя в зеркало, Катя с удивлением заметила про себя, как по-взрослому соблазнительно она выглядит. Провела ладонями по бёдрам. Платье идеально подчёркивало избигы ягодиц, талии. Ножки в чулочках заплясали, Катя приподнялась на цыпочки. Нижний край платья едва прикрывал резинки чулок.
Выскочив из примерочной, Катя загарцевала перед Вероникой. Та изумлённо выпучила глаза.
— Иди дяде Мише покажись, — прохрипела она сломавшимся голосом.
Глаза дяди Миши округлились, челюсть отвалилась. Он только выставил большой палец вверх, вызвав у Кати нервных хохот. Она вприпрыжку вернулась в примерочную, хихикая. Блестящий взгляд дяди Миши, наполненный вожделением, больше не пугал её.
Погуляв ещё по магазину, девушки нашли чёрные кружевные стринги с бантиком, бюстик, поясок.
«Неужели это всё мне?» — терялась в догадках Солнцева. Она не хотела отставать от Вероники, которая нахапала всего и много.
— А трусики обязательно? — спросила она, сокрушённо опуская руки.
Вероника танцевала вокруг, выискивая самые замысловатые модели белья.
— Ну вот представь, — сказала она со знанием дела, — покупаешь себе дорогую шоколадную конфету в блестящей обёртке. Разворачиваешь, а там даже фольги нет. Что ты подумаешь?
Катя грустно ухмыльнулась.
— Понятно. Тогда берём.
Они наконец добрались до кассы. Дядя Миша, с любопытством разглядывая картинки на упаковках, довольно улыбался. Он быстро расплатился. Катя опомниться не успела, как все вчера ещё немыслимые предметы гардероба, обрушились на неё щедрым потоком подарков....

 Читать дальше →
Показать комментарии (5)

Последние рассказы автора

наверх